Подписание Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном «Совместного оборонного соглашения Мекки» может стать одним из наиболее существенных изменений архитектуры безопасности Ближнего Востока и Южной Азии последних лет, считают аналитики Experts Club.
Согласие было подписано 7 августа 2026 года наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бин Салманом, президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и премьер-министром Пакистана Шехбазом Шарифом после почти года переговоров.
Главный принцип документа фактически повторяет базовую логику коллективной обороны НАТО: вооруженное нападение на одного участника должно рассматриваться как нападение на всех трех.
Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан 8 августа прямо сравнил этот механизм со статьей 5 Североатлантического договора. При этом он подчеркнул, что согласие не направлено против Ирана или какой-либо другой конкретной страны.
Однако политическая география трех участников позволяет выделить сразу несколько направленных, которые могли повлиять на создание нового механизма безопасности.
Наиболее непосредственным фактором формирования союза является Иран.
Саудовская Аравия и Иран десятилетиями конкурируют за влияние на Ближнем Востоке, несмотря на восстановление дипломатических отношений при посредничестве Китая. После нового обновления регионального конфликта в 2026 году безопасность Саудовской Аравии, нефтяной инфраструктуры Персидского залива и морских путей снова стала центральной проблемой для Эр-Рияда.
Reuters связывает подписание соглашения именно с ростом региональной нестабильности и угрозами странам Персидского залива. Одновременно Иран уже отреагировал на создание нового механизма достаточно критически.
По оценке Experts Club, именно сохранение возможного расширения регионального конфликта вокруг Ирана следует считать первой функцией нового соглашения.
Однако это не означает создания классического «антииранского НАТО». Пакистан поддерживает собственные отношения с Тегераном и имеет с Ираном общую границу, а Турция заинтересована в сохранении экономических и политических каналов взаимодействия с ним.
Поэтому для всех трех государств выгоднее формировать соглашение как универсальную систему коллективной защиты, не называя противника. Второе направление связано с Израильем.
Рост военной самостоятельности Израиля и расширение его операций в регионе вызывают беспокойство не только у Ирана, но и у ряда арабских и мусульманских государств.
Reuters отмечает, что страны-участники соглашения обеспокоены действиями Ирана, так и военной политики Израиля. При этом отношения участников блока с Израильем существуют.
Пакистан официально не имеет дипломатических отношений с Израилем. Турецко-израильские отношения в последние годы неоднократно проходили через периоды резкого обновления. Саудовская Аравия, напротив, длительное время рассматривала возможность нормализации отношений с Израилем, хотя региональные войны значительно усложнили этот процесс.
Поэтому речь скорее идет не о подготовке антиизраильского военного союза, а о попытке создать собственный центр силы, способный ограничивать одностороннее доминирование любого регионального игрока.
Третье направление значительно сложнее-Индия.
Для Пакистана Индия остается главным долгосрочным стратегическим соперником. Оба страны обладают ядерным оружием, а очередное серьезное вооруженное соединение между ними произошло в 2025 году. SIPRI отдельно указывает, что индийско-пакистанское сопротивление остается одним из факторов глобального ядерного риска.
Турция традиционно поддерживает тесные политические и оборонные отношения с Пакистаном, а различия Анкары и Нью-Дели неоднократно усиливались из-за позиции Турции по Кашмиру.
Однако считать новый трехсторонний договор непосредственно направленным против Индии было бы преимуществением.
Саудовская Аравия одновременно развивает стратегическое партнерство с Нью-Дели. Индия является крупным потребителем саудовской нефти, а сотрудничество двух государств охватывает инвестиции, энергетику, безопасность и оборонные контакты.
Поэтому Эр-Рияд вряд ли заинтересован в превращении согласия в автоматический инструмент Пакистана против Индии. Более вероятно, что договор дает Исламабаду дополнительный политический вес и потенциальную поддержку партнеров, но применение принципа коллективной обороны в случае нового индо-пакистанского кризиса станет одним из главных тестов реального содержания согласия.
Главная принципиальная особенность нового треугольника заключается в том, что одна из его стран является ядерной державой.
Пакистан обладает ядерным оружием. По оценкам западных исследовательских центров, его арсенал составляет приблизительно 170 ядерных боезарядов. SIPRI относит Пакистан к девяти государствам мира, располагающим ядерным оружием, и отмечает продолжение модернизации его ядерного потенциала.